Мы и Оно (Flash: It / Оно)

В это трудно поверить, но надо признаться, что мне насрать на Кинга.

В отношении фильма «Оно» я отношусь к типу «идеально невовлечённый зритель». То есть, не испытываю нежных чувств к книге Кинга, не смотрел старую экранизацию и вообще жанр кинохорроров не люблю. Всё это, естественно, сказалось на впечатлениях от новой экранизации.

Книга «Оно» — пример произведения, по которому рыдают редакторские ножницы. Знаете, у начинающих журналистов часто есть проблема, они не могут писать кратко. Любая деталь, любой вывод и вывод из вывода, всё им кажется невероятно важным. Тексты в итоге превращаются в тяжеловесное, бесструктурное нагромождение мелочей. Отучаться от этого тяжело и больно, потому что каждый поначалу (а иногда, как в моём случае, и на всю жизнь) считает, что это не текст добрые люди облагораживают, а его собственное авторское видение зловеще хохоча насилуют кривым костылём грязные урки. Стивен Кинг представляет обратный пример: он мастер писать коротко и по сути. Но всю жизнь страдает болезнью молодого журналиста — собственная лаконичность кажется страшным недостатком.

Стив время от времени бросается доказывать себе и миру, что он настоящий писатель и может в эпос. Итогом становится нечитабельная графоманская «Тёмная башня». Или вот «Оно».

Оно (произведение) бесконечно раздуто и напоминает присланный по почте в кубометровой коробке iPod Nano. Семьдесят семь слоёв обёрточного целлофана в «пупырках», под которым наглухо погребена суть. Стараясь «ходить по-большому», Кинг навернул здесь столько лишнего говна, что к завершению первой трети книги ощущаешь себя одним из безумцев, взбирающихся на Эверест. Думаешь: «И на черта я в это ввязался?», но и поворачивать оглобли поздно.

«Подножие» романа «Оно» усеяно трупами сорвавшихся на середине

Старую экранизацию, в свою очередь, я не смотрел из-за нелюбви к жанру. Мне он представляется исторически как ровная линия — потому что, кажется, в принципе не пытается эволюционировать и пересматривать время от времени свой арсенал. На этой ровной линии из тупящих персонажей, «давайте разделимся», измазанных кетчупом свиных кишок и скримеров «а оно ка-а-ак выпрыгнет!» была, на моей памяти, лишь пара благословенных скачков в сторону. «Ведьма Блэйр», успех, который немедленно закатали обратно в линию при помощи летального затирания до дыр. И «Хижина в лесу». Вещь, бесстыдно нассавшая и нахаркавшая в болото жанра. И которую слишком многие приняли за чистую монету (что, в этом бложике принято говорить, неплохо характеризует аналитические способности коренной аудитории «ужастиков»).

Так вот. Новое «Оно» мне видится дальним родственником «Хижины». Будто заплутавший ген спустя пару поколений вылез наружу.

Если вглядываться не слишком пристально, то фильм не избежал традиционного жанрового примитивизма. Но это, в конце концов, экранизация сюжета из тех времён, когда клише ещё не настолько навязли в зубах. Так что этих самых клише в избытке: хватает и кровищи (при том, что убитых на экране лично «клоуном Грошиком» можно пересчитать по пальцам одной руки), и скримеров. А ситуации, когда один герой отбивается от компании и немедленно влипает в кошмар вообще выстраиваются в цепочки по два-три звена подряд, без пауз (особенно забавно наблюдать, как на это сегодня спокойно закрывают глаза те, кто совсем недавно поливал говном грешивший тупизной героев «Чужой: Завет»).

Однако при этом внешнем примитивизме, «Оно» успешно работает и на более глубоких уровнях.

Во-первых, это просто хорошее кино. Жанру свойственно сосредотачиваться на своём индивидуальном языке и зачастую пренебрегать киноязыком общим. «Оно» версии 2017 года на эти грабли не наступает. Превосходна игра актёров — их персонажи вступают в бурную химическую реакцию, за которой интересно следить. Впечатляет игра «клуба неудачников». Абсолютно впечатляет Пеннивайз Скарсгарда (откуда этот парень вообще взялся?). Хороша постановка — с первых кадров, например, захватывает работа с цветом. Контраст жёлтого дождевика, красного воздушного шарика, дождливой серости улицы — эстетический оргазм, которого не ожидаешь испытать, приходя на хоррор-сеанс. Не подводит оператор, изобретательно строящий кадр в согласии, совете и любви с контекстом.

То есть, это технический уровень, который тебе привычнее наблюдать у какого-нибудь Иньярриту, а не в скримере про потустороннего-паука-из-канализационных-стоков

Во-вторых, тут содержится интересная идея с вывертом наизнанку: есть кошмар мистический, хтонический и непознаваемый — чудовищный Пеннивайз. И есть кошмар подростков. Будничный, бытовой: угрозы банды хулиганов, необходимость проявлять жестокость, страх остракизма, безразличие либо наоборот сверхопека старших, неразделённая первая любовь, сексуальное насилие. Чудовищность потусторонняя оказывается на одних весах с чудовищностью обыденной, жизненной и пугающе понятной — и уступает ей: способ бороться с неопределённым и неназываемым находится. Но с конкретным и поименованным бороться, оказывается, нельзя, с ним нужно продолжать жить. И это вызов пострашнее любой мистики.

Идея эта, в общем-то, и принесла довольно графоманскому роману мировое признание. В фильме же она оттачивается, избавляется от лишнего, становится выпуклой и приобретает остроту, которой недоставало тексту Кинга.

Но стремление к фокусировке неожиданно играет с фильмом и злую шутку. История, рассказанная в книге, состоит из двух временных отрезков: детства и взрослой жизни. Вместе они составляют единую картину. Экранизация же, предпочтя разделить историю на два фильма (второй планируют выпустить только в 2019 году) представляет лишь половину этой картины.

Если создателям фильма, — а также актёрам, которые сыграют повзрослевшие версии героев — удастся не налажать и два года спустя удержать взятую планку, получится вещь с реальными шансами стать культом. Ружья выстрелят. Возможно.

Но пока — пока они только заряжены и висят на стенах. И два года ожидания кажутся чрезмерным риском. Не подвёл бы стрелка глаз, не отсырел бы за это время порох.

If you found an error, highlight it and press Shift + Enter or click here to inform us.

  • Firepocket

    Если бы только молодые журналисты. Некоторые, простите, главреды, так уверены в своём неколебимом величии, что я лично не в состоянии пробиться через первый же абзац чудовищной — и безграмотной — графомании. Толстоевщина скурилась и сдохла в сторонке.

    Касательно старого фильма. Во-первых, это не хоррор. Совсем. И вовсе даже не кинговский саспенс.
    Во-вторых, это попросту хуйня. С плохой игрой, простенькой постановкой, дурными диалогами, переигрыванием, глупыми сценами, ворохом условностей бюджетных телефильмов рубежа 80-90. И никакого тебе «двойного дна», все эти «детские страхи» и остракизм проговариваются поверхностно, в лоб и по факту — не работают. И никакого хтонического кошмара тоже нет, вообще не понятно — чего они так носятся с этим клоуном.
    Я не понимаю, откуда у него культовый статус. Возможно, если бы я целиком и осознанно посмотрел его в раннем детстве (осознанно…), я бы проникся. Но мне кажется, что это работает только со «Звёздными войнами».